Забудем, Жданов!
Автор: Ёлка
Фэндом: Не родись красивой
Рейтинг: PG-13, да и того, наверное, много. Только за слеш.
Пэйринг: Андрей/Роман
Episode Related: Малиновский прочел дневник Пушкаревой, за этим делом его застал Анрей. Драка, увольнение…
Disclaimer: все права на этот бред отдаю Амедиа!!))
Предупреждение: Слеш, цитаты из дневника Пушкаревой не точные, так, на память.
От Автора: это мой первый дописанный до конца фик, а уж тем более первый фик по «Не родись красивой». Написано под большим впечатлением от эпизода «Драка со стороны Андрея, признание в любви со стороны Малиновского», буквально за одну ночь.
клик!
Виски обжигает разбитую губу.
Хорошо ты мне врезал. Да, и, наверное, по заслугам.
Ну не мог я смотреть, как ты мучаешься из-за нее.
Пушкарева… Это имя вызывает у меня ухмылку, но не такую, как раньше, когда еще не началось все это безумие, а горькую и полную отвращения.
Господи, Жданов, как тебя угораздило влюбиться в этого монстра? Скажи, чем она заслужила твою любовь? Черт, да какая может быть любовь?.. Это просто наважденье, бред какой-то…
Сегодня, когда я успокаивал тебя, я по настоящему ее возненавидел. Никогда я не видел тебя таким… Убитым. Беспомощным. Что же такого надо было написать в этом паршивом дневнике, чтобы ты плакал, Жданов, плакал! И я должен был узнать это.
Как только я начал читать, я уже не мог оторваться. Даже когда ты вернулся. Ты не понимаешь… Она поверила! В то, что ты любишь ее! И ты тоже поверил, Андрюша! Но я-то не верю. Это все только затянувшаяся, хорошо спланированная игра… Причем спланированная моими же трудами.
Как же я повеселился, читая ее возлияния! «Он такой нежный, добрый..», «Как же тяжело знать, что он был со мной только из-за компании»… Она не знает, что такое тяжело. Тяжело было мне. Строить из себя твоего закадычного дуга, а по совместительству еще и последнего бабника, чтобы ты не догадался, Жданов, даже не помыслил о том, что я испытываю к тебе совершенно другое. Каждый день находиться рядом с тобой, видеть, как ты меняешь одну бабу за другой, и делать то же самое. И менять их еще быстрее, чем ты. Может, пытаясь забыться, а может, просто стараясь тебя переплюнуть. Но теперь я точно знаю, зачем я это делал. В глубине меня всегда сидела надежда, что увидев меня в компании очередной модели, в тебе что-то шевельнется, и ты приревнуешь меня так же, как всегда ревновал тебя я.
Как мне хотелось сегодня, гладя тебя по спине и вдыхая запах чистых, взъерошенных волос, повернуть твое лицо к себе, осторожно стереть дорожки от слез и потом, боясь даже дышать, дотронуться до твоих губ своими губами. Поцеловать так нежно, как никого еще не целовал. А потом замереть и закрыть глаза, ждать твоей реакции. Что бы ты сделал, Андрюша? Отшатнулся бы в ужасе? Сказал бы, что я перепутал тебя с Милко? А может, как в моих самых сумасшедших снах, в которых я сначала даже сам себе боялся признаться, списывая все на усталость и переизбыток общения с тобой, ты ответишь мне новым, но уже не осторожным и нежным, а страстным и глубоким поцелуем, а потом…
Слушай, а что если всю эту исповедь мне записать в какую-нибудь потертую тетрадку, чтобы ты ее нашел на моем столе? Как где-то откопал дневник Пушкаревой? Почитаешь, проникнешься, а?
Ах, да, Андрей Палыч, я забыл! Мы же больше не работаем вместе…
А знаешь, жаль, что я не увижу твоей свадьбы с Пушкаревой. Тем более что вид нашей «железной леди» в свадебном платье наверняка затмит славу всех фильмов ужасов вместе взятых. Жаль, что не увижу, как месяца через два ты опомнишься и поймешь свою ошибку. Жаль!.. Но это не смертельно. Переживу. Главное, что рано или поздно ты все равно позвонишь. «Забудем все это, Малиновский?»… Забудем, Жданов, обязательно забудем. Забудем вместе. И тогда, Андрюша, ты будешь только моим.