Вечер, бар «У Севы», тот же диван, Роман методично напивался: « Я все-таки мазохист. Сегодня я порвал с прошлой жизнью, точнее это сделали за меня. Значит, это судьба, мы не можем быть вместе. Надо просто засунуть подальше свои мечты и желания и жить - это будет правильнее всего. Так почему же от этих мыслей у меня так болит сердце? Андрей, что же мы с тобой наделали? И всё-таки, ты трус! Почему ты сбежал от меня? Это неправильно, нам следовало поговорить и выяснить, что это было недоразумение!»
- Роман Дмитриевич? Здравствуйте?! С вами всё в порядке?
« Что это? Кто-то говорит со мной? Шура? Нет? Да!»
- Шура, здравствуйте, моя дорогая. Рад вас видеть, - Роман еле шевелил губами, всё вокруг плыло…
-Роман Дмитриевич! Да вы пьяны?! Вам надо домой. Я сейчас вызову такси, - у Шуры дрожал голос, в нем слышались слёзы.
- Домой? Нет, куда угодно, только не домой, - почти прошептал Малиновский, но Шура его услышала.
-Подождите, сейчас.
Она позвонила по «мобильному»:- Алло, Шурик? Привет! Прости, сегодня не получится встретится. Позвонила мама и попросила приехать к ней. Ну, ничего? Я завтра тебе позвоню. Ты меня прощаешь? Да? И я тебя тоже, очень! Пока!
* * *
« Роман Дмитриевич.
Доброе утро! Вы не волнуйтесь, вы у меня. Вчера вы вели себя очень прилично.
Я приготовила вам завтрак, он в микроволновке на кухне. Аспирин на полке, возле холодильника. Вода в кране.» (Малиновский усмехнулся).
Эту записку нашел Роман возле дивана, на котором его расположили.
« Да-а, почти ничего не помню. Ну, не совсем ничего, я прекрасно помню, что напился из-за Андрея, точнее из-за его отсутствия. Голова просто раскалывается! Ну, и где аспирин? Вот он! Шура, моя хорошая, даже завтрак приготовила. А я… «Вчера вы вели себя очень прилично ». Как же, так я не напивался со времён студенчества. Очень неудобно!»
Роман, запив таблетку водой, направился в ванную (скорее на её поиски, она нашлась достаточно быстро и зеркало тоже…).
« Вот ужас! У меня такой вид, будто я пил всю неделю, а не один вечер. Роман Дмитриевич, с выпивкой пора завязывать! Иначе все ваши знакомые, увидав вас ещё издалека, будут разбегаться»
Приведя себя в более или менее божеский вид, мужчина заказал букет, который в течение получаса принесли. Расплатившись с разносчиком, Малиновский нашел на кухне вазу, набрал туда воды, поставил её с цветами, это были белые розы на высоких ножках, на видное место. Рядом с вазой он оставил записку следующего содержания:
«Шура, спасибо вам за то, что приютили меня вчера. Это был благородный поступок!
Цветы вам! Конечно, они ничтожная плата за вашу заботу, но я смею надеяться, что со временем, смогу вам отплатить за всё.
Роман Малиновский»
Уже к вечеру Роман твердо знал, чем он займется дальше, полчаса назад он встретился с продюсерами одного из телеканалов, где ему предложили стать одним из ведущих в одном ток-шоу, а в перспективе была возможна своя авторская передача. Конечно, он согласился, как ни как закончил факультет журналистики и, если бы не Андрей, давно бы пошел работать по специальности. Работа – это для него теперь будет самое главное.
«И как в воду глядел! Спустя месяц бесед ни о чем, я получил возможность вести свою собственную программу! Да какую! Ошеломительный взлёт! Я теперь птица вольная, буду на короткой ноге с политиками и звездами. Съёмки гастролей, светских раутов, - ,в общем, не жизнь, а малина. Для Малиновского!
То ли удача, то ли невезение, но первое моё интервью в Лондоне! По случаю выпуска нового альбома Роби Уильямс начинает гастрольный тур и первый город, который он посетит, будет Москва! Редакция долго договаривалась об интервью, и сейчас я здесь!
Но меня мучает сейчас не то, что через несколько часов у меня встреча с известным певцом, а то, что я теперь так близко к Андрею, где-то вниз по улице дом его родителей…
Зайти? Нет. Я всё решил еще в Москве месяц назад. Тогда что я здесь делаю? Ведь интервью у меня на другом конце города».
«Уютный двухэтажный особняк, примостившийся между двумя похожими домами, смотрел на меня
по-доброму и как-то радушно, словно приглашая войти. Но вся та уверенность, которая во мне только возрастала по мере приближения к дому, принадлежащему чете Ждановых, мгновенно улетучилась. Как только я «взлетел» по ступенькам и поднял руку, чтобы позвонить, я услышал шум, доносившийся из-за закрытой двери, и меня как ветром сдуло - я забежал за угол дома, который не был прилеплен к соседнему, как все остальные, и принялся ждать. Спустя мгновение моё ожидание было вознаграждено сполна - дубовая дверь открылась, и… я увидел такое знакомое лицо! Андрей выходил из дома, на ходу застёгивая пиджак, судя по его волосам, он недавно принимал душ - они были слегка влажными. Он остался тем же человеком, который так дорог мне.
В тот момент больше всего я хотел стремительно броситься к нему (то ли ударить, то ли поцеловать!), но вовремя остановился, потому что вслед за Андреем вышла девушка - его спутница. Они о чем-то говорили, в эту минуту я бы многое отдал, чтобы узнать, о чем идет разговор. Мне показалось, что их отношения не только дружеские. Как-то уж больно по-хозяйски она поправила на нем воротник рубашки, да и стояли они к друг другу слишком близко для «просто друзей». И весьма привычно выглядел жест Андрея, приглашающий свою спутницу взять его под руку.
Я почувствовал, что во мне что-то сломалось, будто, только сейчас, а не два месяца назад пришло понимание, что между мной и Андреем Ждановым не может быть ничего общего. «А на что я рассчитывал? Что прилечу сюда, а он встретит меня у трапа самолёта с распростертыми объятиями? Попросит прощения?! Вот она реальность Малиновский! Он уже и думать о тебе забыл! Жданов нашёл себе очередную модель! И, ну конечно, они уже строят планы о будущей свадьбе!» - эта мысль окончательно меня добила, развернувшись, я со всех ног побежал к отелю, не разбирая дороги.
«Ну и что это я так расклеился? У меня интервью, через несколько часов!» - успокаивал сам себя Роман, то и дело смахивая с ресниц злые непрошенные слёзы.
«Что и говорить об интервью!? Я неплохо держался! Когда меня увидела наш гример - Женечка, она просто впала в оцепенение, обругав меня последними словами, усадила на стул и принялась за дело. Вид у меня, конечно, был ещё тот! Но она справилась. И шок, пережитый несколько часов назад, видимо был настолько сильным, что волноваться я просто не мог, потому своё первое интервью со звездой выдержал, даже ни разу не запнувшись!»
* * *
Сейчас, вспоминая то время, мне даже смешно. Представляю, как от меня шарахались люди на улицах Лондона! Наверное, думали, что я какой-то сумасшедший.
Уже прошел год с того момента, когда мы расстались с Андреем, так и не объяснившись. После истории в Лондоне я его не видел. Через два дня можно будет справлять поминки по нашим отношениям, которые закончились, так и не начавшись. Неужели прошел уже год? Надо будет заказать столик в каком-нибудь ресторане. Можно даже в том самом - « У Севы», в конце концов, что здесь такого? Приглашу только самых близких друзей, и мы отпразднуем это. Только я никому не расскажу о поводе праздника. Да какая, в сущности, разница?! Правда?»
Роман Малиновский сейчас - всемирно известный журналист, умеющий находить общий язык даже с самыми капризными звездами. Ведет передачу «Сладкая Малина» (обычно её называют просто «Малина»), которую со следующего сезона переводят на «Первый канал». Не это ли признак популярности? Его лицо в лучших традициях « Первого» пестрит на обложках журналов и биг-бордов, реклама, в которой Роман своим самым соблазнительным голосом говорит всем и каждому: « Поговорим, откровенно...? Со звёздами!»
У него теперь, как и у тех, у кого он берет интервью, есть свои поклонники и фанаты и, что самое приятное, фанатки. К выпуску готовится первая книга о людях, с которыми он успел пообщаться за это время: « Откровения звёзд. От Романа Малиновского».
Ну, и что ещё для счастья надо?
«Согласен, у меня есть ВСЁ, но, засыпая в очередной раз с какой-нибудь красоткой под боком, именем которой я даже на поинтересовался, мне на секунду кажется, будто что-то не так, будто я не стремительно поднимаюсь вверх, а падаю вниз…»
- Алло, Милко? Это я, привет. Давно не виделись! Ну, извини, такого подлеца! Даже в тюрьмах бывают амнистии! Я уже начинаю исправляться и хочу пригласить тебя ко мне на мини-вечеринку для близких друзей, она состоится после завтра, в баре «У Севы». Почему место такое экзотическое? Ностальгия замучила, хочется хоть ненадолго вспомнить о старой жизни! Ну ладно, всё, пока. Ой, прости, чуть не забыл, можешь взять кого-нибудь с собой. Теперь точно всё, пока! - Роман перевёл дух и набрал старый номер, которым давно не пользовался:
- Шурочка, здравствуй. Что значит «кто это»? Как ты можешь не узнать меня, своего бывшего начальника. Как «сколько их уже было»?! Ну, ну?! Правильно! Роман Дмитриевич! Шура, я тоже скучал, но сейчас не об этом. Приглашаю тебя на… почти семейный праздник. И можешь взять кого хочешь с собой, хоть весь «женсовет»! В смысле «куда»? А я не сказал? В Бар « У Севы». И никаких разговоров, Шура! Я вас всех жду 22-го в восемь вечера! До утра будем предаваться ностальгии и бурной радости по поводу нашей встречи! До22-го, Шурочка, пока!
Сделав еще несколько подобных звонков, Роман остался доволен. Все его старые друзья будут с ним в этот вечер, ну, или почти все…
Все друзья, настоящие друзья, были сегодня рядом с ним!
Поднимая очередной бокал с шампанским, он осматривал зал. Да-а, здесь были все:
«женсовет» в полном составе с мужьями, его съёмочная группа, Милко с Робертом,
друзья из прошлой жизни…
Изменения произошли не только в его жизни, у всех были новости, которыми они, с радостью, делились друг с другом. Даже старый бар встретил его новым оформлением: уже не было того дивана, на котором они с Андреем…(Разошлись во мнении по личному вопросу)
«Так, что-то я не о том думаю! Хоть у этой вечеринки неофициальное название «поминки», это ещё не значит, что я должен всем портить настроение своей кислой рожей. Где тут бар? Мне надо выпить». Оставив своих гостей, Роман отправился на поиски чего-нибудь покрепче.
- Шеф, двойной виски, неразбавленный! - усевшись на высокий стул у стойки, Малиновский повернулся в полоборота, чтобы можно было смотреть в зал.
- А я думал, ты забыл, о наших фирменных пристрастиях в напитках.
Роман не поверил своим ушам: «Неужели?»
- Жданов?! Что ты здесь делаешь?!
На него смотрели карие глаза, на дне которых плескалось веселье. Это был Андрей (ещё не выпил, а уже ведения!).
- Да так, заглянул на огонёк. Я сегодня прилетел и решил пойти развеется, а тут ты со всей честной компанией развлекаешься!
Рома как заворожённый смотрел на друга, в облике которого что-то изменилось, он весь был какой-то чужой, иностранец, одним словом.
- Малиновский! Земля вызывает Романа Малиновского!
Этот тон и слова… они напомнили тот вечер. Ровно год назад он говорил то же самое Андрею, а потом Жданов взял его за руку и поцеловал (мне кажется, даже тысячи поцелуев, которые я раздаю направо и налево, не способны стереть вкус того одного…). Интересно, он помнит? Мучительно захотелось посмотреть в его глаза, чтобы там прочитать ответ. И такие родные, карие, почти черные, они ответили за своего хозяина: «Да, все помню…»
« Мамочки, что же делать?»
- Ты изменился… Здесь так шумно. Может выйдем, пройдемся? Я хочу с тобой поговорить.
« Нет! Нет! Не-е-ет! Рома, а как же обещание, что ты больше никогда с ним даже не заговоришь!?»
- Да, но я здесь не один, мне надо предупредить всех, что я ухожу. Подожди. « Как дворовый пес, которого приласкали за ухом, после того как побили ногами. Бежишь за ним на задних лапах», - эта мысль больно уколола Романа, но он решил быть фаталистом до конца, и, если Андрей сейчас здесь, то это не просто так. Им обязательно надо поговорить!
Подойдя к весёлой компании, он отозвал Милко и в двух словах описал ситуацию:
- Ты сЕйчас панИмаешь, что делАешь? - воскликнул он.
- Мне это нужно, - Малиновский понизил голос, побуждая друга сбавить обороты.
- ПрекраснО, только пОтом не прибЕгай ко мне плакАться, - как-то быстро согласился он ( Милко был единственный человек, которому Роман рассказал об их «истории» с Андреем).
- Милко! Спасибо! - Малиновский по-дружески(!!!) обнял дизайнера. Попрощавшись со всеми и сославшись на неотложные дела, он ретировался.
Вечер, бар «У Севы», тот же диван, Роман методично напивался: « Я все-таки мазохист. Сегодня я порвал с прошлой жизнью, точнее это сделали за меня. Значит, это судьба, мы не можем быть вместе. Надо просто засунуть подальше свои мечты и желания и жить - это будет правильнее всего. Так почему же от этих мыслей у меня так болит сердце? Андрей, что же мы с тобой наделали? И всё-таки, ты трус! Почему ты сбежал от меня? Это неправильно, нам следовало поговорить и выяснить, что это было недоразумение!»
- Роман Дмитриевич? Здравствуйте?! С вами всё в порядке?
« Что это? Кто-то говорит со мной? Шура? Нет? Да!»
- Шура, здравствуйте, моя дорогая. Рад вас видеть, - Роман еле шевелил губами, всё вокруг плыло…
-Роман Дмитриевич! Да вы пьяны?! Вам надо домой. Я сейчас вызову такси, - у Шуры дрожал голос, в нем слышались слёзы.
- Домой? Нет, куда угодно, только не домой, - почти прошептал Малиновский, но Шура его услышала.
-Подождите, сейчас.
Она позвонила по «мобильному»:- Алло, Шурик? Привет! Прости, сегодня не получится встретится. Позвонила мама и попросила приехать к ней. Ну, ничего? Я завтра тебе позвоню. Ты меня прощаешь? Да? И я тебя тоже, очень! Пока!
* * *
« Роман Дмитриевич.
Доброе утро! Вы не волнуйтесь, вы у меня. Вчера вы вели себя очень прилично.
Я приготовила вам завтрак, он в микроволновке на кухне. Аспирин на полке, возле холодильника. Вода в кране.» (Малиновский усмехнулся).
Эту записку нашел Роман возле дивана, на котором его расположили.
« Да-а, почти ничего не помню. Ну, не совсем ничего, я прекрасно помню, что напился из-за Андрея, точнее из-за его отсутствия. Голова просто раскалывается! Ну, и где аспирин? Вот он! Шура, моя хорошая, даже завтрак приготовила. А я… «Вчера вы вели себя очень прилично ». Как же, так я не напивался со времён студенчества. Очень неудобно!»
Роман, запив таблетку водой, направился в ванную (скорее на её поиски, она нашлась достаточно быстро и зеркало тоже…).
« Вот ужас! У меня такой вид, будто я пил всю неделю, а не один вечер. Роман Дмитриевич, с выпивкой пора завязывать! Иначе все ваши знакомые, увидав вас ещё издалека, будут разбегаться»
Приведя себя в более или менее божеский вид, мужчина заказал букет, который в течение получаса принесли. Расплатившись с разносчиком, Малиновский нашел на кухне вазу, набрал туда воды, поставил её с цветами, это были белые розы на высоких ножках, на видное место. Рядом с вазой он оставил записку следующего содержания:
«Шура, спасибо вам за то, что приютили меня вчера. Это был благородный поступок!
Цветы вам! Конечно, они ничтожная плата за вашу заботу, но я смею надеяться, что со временем, смогу вам отплатить за всё.
Роман Малиновский»
Уже к вечеру Роман твердо знал, чем он займется дальше, полчаса назад он встретился с продюсерами одного из телеканалов, где ему предложили стать одним из ведущих в одном ток-шоу, а в перспективе была возможна своя авторская передача. Конечно, он согласился, как ни как закончил факультет журналистики и, если бы не Андрей, давно бы пошел работать по специальности. Работа – это для него теперь будет самое главное.
«И как в воду глядел! Спустя месяц бесед ни о чем, я получил возможность вести свою собственную программу! Да какую! Ошеломительный взлёт! Я теперь птица вольная, буду на короткой ноге с политиками и звездами. Съёмки гастролей, светских раутов, - ,в общем, не жизнь, а малина. Для Малиновского!
То ли удача, то ли невезение, но первое моё интервью в Лондоне! По случаю выпуска нового альбома Роби Уильямс начинает гастрольный тур и первый город, который он посетит, будет Москва! Редакция долго договаривалась об интервью, и сейчас я здесь!
Но меня мучает сейчас не то, что через несколько часов у меня встреча с известным певцом, а то, что я теперь так близко к Андрею, где-то вниз по улице дом его родителей…
Зайти? Нет. Я всё решил еще в Москве месяц назад. Тогда что я здесь делаю? Ведь интервью у меня на другом конце города».
«Уютный двухэтажный особняк, примостившийся между двумя похожими домами, смотрел на меня
по-доброму и как-то радушно, словно приглашая войти. Но вся та уверенность, которая во мне только возрастала по мере приближения к дому, принадлежащему чете Ждановых, мгновенно улетучилась. Как только я «взлетел» по ступенькам и поднял руку, чтобы позвонить, я услышал шум, доносившийся из-за закрытой двери, и меня как ветром сдуло - я забежал за угол дома, который не был прилеплен к соседнему, как все остальные, и принялся ждать. Спустя мгновение моё ожидание было вознаграждено сполна - дубовая дверь открылась, и… я увидел такое знакомое лицо! Андрей выходил из дома, на ходу застёгивая пиджак, судя по его волосам, он недавно принимал душ - они были слегка влажными. Он остался тем же человеком, который так дорог мне.
В тот момент больше всего я хотел стремительно броситься к нему (то ли ударить, то ли поцеловать!), но вовремя остановился, потому что вслед за Андреем вышла девушка - его спутница. Они о чем-то говорили, в эту минуту я бы многое отдал, чтобы узнать, о чем идет разговор. Мне показалось, что их отношения не только дружеские. Как-то уж больно по-хозяйски она поправила на нем воротник рубашки, да и стояли они к друг другу слишком близко для «просто друзей». И весьма привычно выглядел жест Андрея, приглашающий свою спутницу взять его под руку.
Я почувствовал, что во мне что-то сломалось, будто, только сейчас, а не два месяца назад пришло понимание, что между мной и Андреем Ждановым не может быть ничего общего. «А на что я рассчитывал? Что прилечу сюда, а он встретит меня у трапа самолёта с распростертыми объятиями? Попросит прощения?! Вот она реальность Малиновский! Он уже и думать о тебе забыл! Жданов нашёл себе очередную модель! И, ну конечно, они уже строят планы о будущей свадьбе!» - эта мысль окончательно меня добила, развернувшись, я со всех ног побежал к отелю, не разбирая дороги.
«Ну и что это я так расклеился? У меня интервью, через несколько часов!» - успокаивал сам себя Роман, то и дело смахивая с ресниц злые непрошенные слёзы.
«Что и говорить об интервью!? Я неплохо держался! Когда меня увидела наш гример - Женечка, она просто впала в оцепенение, обругав меня последними словами, усадила на стул и принялась за дело. Вид у меня, конечно, был ещё тот! Но она справилась. И шок, пережитый несколько часов назад, видимо был настолько сильным, что волноваться я просто не мог, потому своё первое интервью со звездой выдержал, даже ни разу не запнувшись!»
* * *
Сейчас, вспоминая то время, мне даже смешно. Представляю, как от меня шарахались люди на улицах Лондона! Наверное, думали, что я какой-то сумасшедший.
Уже прошел год с того момента, когда мы расстались с Андреем, так и не объяснившись. После истории в Лондоне я его не видел. Через два дня можно будет справлять поминки по нашим отношениям, которые закончились, так и не начавшись. Неужели прошел уже год? Надо будет заказать столик в каком-нибудь ресторане. Можно даже в том самом - « У Севы», в конце концов, что здесь такого? Приглашу только самых близких друзей, и мы отпразднуем это. Только я никому не расскажу о поводе праздника. Да какая, в сущности, разница?! Правда?»
Роман Малиновский сейчас - всемирно известный журналист, умеющий находить общий язык даже с самыми капризными звездами. Ведет передачу «Сладкая Малина» (обычно её называют просто «Малина»), которую со следующего сезона переводят на «Первый канал». Не это ли признак популярности? Его лицо в лучших традициях « Первого» пестрит на обложках журналов и биг-бордов, реклама, в которой Роман своим самым соблазнительным голосом говорит всем и каждому: « Поговорим, откровенно...? Со звёздами!»
У него теперь, как и у тех, у кого он берет интервью, есть свои поклонники и фанаты и, что самое приятное, фанатки. К выпуску готовится первая книга о людях, с которыми он успел пообщаться за это время: « Откровения звёзд. От Романа Малиновского».
Ну, и что ещё для счастья надо?
«Согласен, у меня есть ВСЁ, но, засыпая в очередной раз с какой-нибудь красоткой под боком, именем которой я даже на поинтересовался, мне на секунду кажется, будто что-то не так, будто я не стремительно поднимаюсь вверх, а падаю вниз…»
- Алло, Милко? Это я, привет. Давно не виделись! Ну, извини, такого подлеца! Даже в тюрьмах бывают амнистии! Я уже начинаю исправляться и хочу пригласить тебя ко мне на мини-вечеринку для близких друзей, она состоится после завтра, в баре «У Севы». Почему место такое экзотическое? Ностальгия замучила, хочется хоть ненадолго вспомнить о старой жизни! Ну ладно, всё, пока. Ой, прости, чуть не забыл, можешь взять кого-нибудь с собой. Теперь точно всё, пока! - Роман перевёл дух и набрал старый номер, которым давно не пользовался:
- Шурочка, здравствуй. Что значит «кто это»? Как ты можешь не узнать меня, своего бывшего начальника. Как «сколько их уже было»?! Ну, ну?! Правильно! Роман Дмитриевич! Шура, я тоже скучал, но сейчас не об этом. Приглашаю тебя на… почти семейный праздник. И можешь взять кого хочешь с собой, хоть весь «женсовет»! В смысле «куда»? А я не сказал? В Бар « У Севы». И никаких разговоров, Шура! Я вас всех жду 22-го в восемь вечера! До утра будем предаваться ностальгии и бурной радости по поводу нашей встречи! До22-го, Шурочка, пока!
Сделав еще несколько подобных звонков, Роман остался доволен. Все его старые друзья будут с ним в этот вечер, ну, или почти все…
* * *
22-е мая. Бар «У Севы».
Все друзья, настоящие друзья, были сегодня рядом с ним!
Поднимая очередной бокал с шампанским, он осматривал зал. Да-а, здесь были все:
«женсовет» в полном составе с мужьями, его съёмочная группа, Милко с Робертом,
друзья из прошлой жизни…
Изменения произошли не только в его жизни, у всех были новости, которыми они, с радостью, делились друг с другом. Даже старый бар встретил его новым оформлением: уже не было того дивана, на котором они с Андреем…(Разошлись во мнении по личному вопросу)
«Так, что-то я не о том думаю! Хоть у этой вечеринки неофициальное название «поминки», это ещё не значит, что я должен всем портить настроение своей кислой рожей. Где тут бар? Мне надо выпить». Оставив своих гостей, Роман отправился на поиски чего-нибудь покрепче.
- Шеф, двойной виски, неразбавленный! - усевшись на высокий стул у стойки, Малиновский повернулся в полоборота, чтобы можно было смотреть в зал.
- А я думал, ты забыл, о наших фирменных пристрастиях в напитках.
Роман не поверил своим ушам: «Неужели?»
- Жданов?! Что ты здесь делаешь?!
На него смотрели карие глаза, на дне которых плескалось веселье. Это был Андрей (ещё не выпил, а уже ведения!).
- Да так, заглянул на огонёк. Я сегодня прилетел и решил пойти развеется, а тут ты со всей честной компанией развлекаешься!
Рома как заворожённый смотрел на друга, в облике которого что-то изменилось, он весь был какой-то чужой, иностранец, одним словом.
- Малиновский! Земля вызывает Романа Малиновского!
Этот тон и слова… они напомнили тот вечер. Ровно год назад он говорил то же самое Андрею, а потом Жданов взял его за руку и поцеловал (мне кажется, даже тысячи поцелуев, которые я раздаю направо и налево, не способны стереть вкус того одного…). Интересно, он помнит? Мучительно захотелось посмотреть в его глаза, чтобы там прочитать ответ. И такие родные, карие, почти черные, они ответили за своего хозяина: «Да, все помню…»
« Мамочки, что же делать?»
- Ты изменился… Здесь так шумно. Может выйдем, пройдемся? Я хочу с тобой поговорить.
« Нет! Нет! Не-е-ет! Рома, а как же обещание, что ты больше никогда с ним даже не заговоришь!?»
- Да, но я здесь не один, мне надо предупредить всех, что я ухожу. Подожди. « Как дворовый пес, которого приласкали за ухом, после того как побили ногами. Бежишь за ним на задних лапах», - эта мысль больно уколола Романа, но он решил быть фаталистом до конца, и, если Андрей сейчас здесь, то это не просто так. Им обязательно надо поговорить!
Подойдя к весёлой компании, он отозвал Милко и в двух словах описал ситуацию:
- Ты сЕйчас панИмаешь, что делАешь? - воскликнул он.
- Мне это нужно, - Малиновский понизил голос, побуждая друга сбавить обороты.
- ПрекраснО, только пОтом не прибЕгай ко мне плакАться, - как-то быстро согласился он ( Милко был единственный человек, которому Роман рассказал об их «истории» с Андреем).
- Милко! Спасибо! - Малиновский по-дружески(!!!) обнял дизайнера. Попрощавшись со всеми и сославшись на неотложные дела, он ретировался.
Возле входа его ждал Андрей…
* * *
Пока всё, наслаждайтесь
Может быть, но боюсь зашибу ненароком, тогда вообще "передача" остановится
Но, спешу обрадовать, в скором времени планирую выложить не малую оставшуюся часть,
как я люблю говорить:"Если всё будет хорошо..."
Дальше, дальше!!!