мыш с томным взглядом(с)
ПРОДА!!!!!!!!!!

Роман Романа (и Андрея!).
Автор(ы): Алиса
Бэтта: Аглая
Фэндом: Не родись красивой
Рейтинг: PG-13, в последствии, возможен R.
Пэйринг: Андрей/Роман
Episode Related: 166-я серия, Андрей загоняет Александра в угол.
Disclaimer: все принадлежит Амедиа
Предупреждение: СЛЕШ, все события - плод воображения автора, к реальным людям
и персонажам никакого отношения не имеют.
От Автора: На меня произвела неизгладимое впечатление фраза Андрея, с которой и начинается этот фик. По мере написания герои приобрели свой характер, несколько отличающейся от канона.
Возле входа его ждал Андрей.
- Ну, куда направимся? Я только прибыл, так что даже нет никаких мыслей по этому поводу, - эти слова Жданов-младший произнёс тем самым тоном, которым он обычно спрашивал у друга совета, там, в прошлой жизни.
- Поедем, просто прогуляемся по набережной. Ты на машине?
- Нет, она в гараже, не было времени, и желания с ней возится. Я ведь не ездил на ней…
- Год, - закончил за него Малиновский. Андрей посмотрел прямо ему в глаза, но это длилось всего секунду, и Роман не успел, ничего в них прочитать. За то время, пока они перекинулись парой фраз, друзья подошли к машине.
Дорога прошла, в напряжённом молчаний, никто из них не мог начать разговор.
Остановившись возле парка, Роман заглушил двигатель.
- Приехали, - выдохнул он тихо.
Планы изменились, Малиновский выбрал более уединенное место, чем набережная, это был парк.
-Так о чём ты со мной хотел поговорить? – соврал, как ни в чем не бывало Роман, разыгрывая невинность.
Они сидели на широкой старинной скамье, вдалеке чернело озеро, было около одиннадцати, людей идущих по дорожкам становилось всё меньше и меньше. Запоздалые служащие спешили домой, на ходу сетуя на погоду, на начальство (которое не платит за работу во внеурочное время!), на правительство и депутатов (которые совсем зажрались!), на проблемы в семье(дети-дебилы, муж(жена)-пи-пи-пи(нецензурное), десять приезжих родственников на метр квадратный)…
Молчание затянулось. Андрей уже давно решил, что сказать Роману, но не рассчитывал, увидится с ним прямо в день приезда. Да и в бар отправился, только потому, что больше ничего не пришло в голову. Андрей думал, что вдохновение придет само, как только он окажется в том месте, где они виделись с Малиновским в последний раз. А когда увидел его, веселящегося, среди друзей, оторопел. Совсем не эту картину он ожидал увидеть! « А что ты хотел? Чтобы он постригся в монахи и дал обет молчания? Или, как верная, жена ждал с распростертыми объятиями на пороге дома!?»
-Прошел год, многое изменилось, – этой фразой Андрей прервал молчание сковывающее их обоих.
-Я рад, что ты хоть иногда смотришь на календарь, – Рома не смог удержатся от шпильки.
Жданова в этот момент охватило чувство неправильности происходящего: «Не так, не тем тоном и не о том мы должны говорить!».
« Я ведь так ждал этой встречи», - подумали они об одном и том же.
-Рома, я…
- Андрей, мне надо… - воскликнули они одновременно.
-Говори ты, – уступил Малиновский, он всегда уступал, давая возможность другу высказаться.
-Хорошо. Рома, я хочу попросить у тебя прощения.
Малиновский порывался что-то сказать, но Андрей, прикоснувшись ладонью к его губам, не дал ему сказать.
- Я очень виноват перед тобой. Я здесь, чтобы объяснится. Наверное, тебе хочется узнать, почему я не сделал этого раньше. Я отвечу тебе. В моей душе было много противоречий, которые снедали меня изнутри, тогда мне надо было с ними разобраться самому, но сейчас я здесь, и это главное. Я пойму тебя, если ты не сможешь меня простить. Понимаешь, в тот вечер я долго катался по Москве, меня мучило то, что я как трус сбежал, но еще страшнее было, почему я это сделал. Спустя время я могу тебе сказать, что не жалею о нашем поцелуе. Тогда я вспомнил, что мне в тот день сказал Воропаев, мне стало не по себе от мысли, что он оказался прав, и мы с тобой не когда не были просто друзьями. Ром, я понимаю, что это звучит глупо, но мне, во что бы то ни стало, захотелось доказать, что он не прав, и мы не такие. Но я прекрасно понимал, что это невозможно будет сделать, видя тебя каждый день и помня о том что было или могло быть!
За время этого пламенного монолога (речь получалась немного сумбурной), Андрей пару раз прерывался, чтобы собраться с мыслями, он даже забыл убрать руку, которая все еще касалась губ Романа, чем тот не замедлил воспользоваться после того, как Жданов замолчал.
Он прижал ладонь сильнее и поцеловал её, точнее прикоснулся к ней губами, вызывая удивление на лице друга. Андрей поднял глаза на Рому, до этого момента он смотрел куда угодно, только не на него. Мысль о том, что в зеленых глазах он может увидеть неприязнь или раздражение, его очень тревожила. Жданов аккуратно высвободил ладонь и прикоснулся ею к щеке Романа, затем кончиками пальцев - виска, спустился вниз по подбородку, путь пальцы (!) окончили на ключице. Другой рукой он поправил непослушную прядку на светловолосой макушке. От этих прикосновений Малиновского пронзила дрожь…
- Ты замерз?! – забеспокоился Жданов, он поднялся со скамьи, снял с себя пиджак и накинул его на плечи друга (в его оправдание можно сказать, что на Романе, действительно была только тонкая летняя рубашка). Когда Андрей попытался укутать своим пиджаком Малиновского, тот пришел в себя и ухватил Жданова за руки, тем самым, побуждая посмотреть себе в глаза.
- Всё в порядке, Андрей ты чего суетишься? Сядь!
- Ты прав я веду себя как подросток, – вздохнул тот, садясь обратно.
- Нет, не говори так, всё нормально, – попытался исправить положение Роман.
Андрей не выдержал напряжения и расхохотался…
- Прости (смех), это глупо.
- Что? – на лице Малиновского начала проявляться улыбка.
- Мы с тобой ведем себя как два идиота: «Ты чего суетишься!» - пародирует голос и интонации Малиновского. (Очередной приступ хохота).
- Андрей, перестань! – Рому тоже пробирал смех, он несильно толкнул Жданова.
- Уф, прости, – Андрей снял очки и смахнул несколько слезинок.
- Поедем ко мне, – Малиновскому показалось, что это прозвучало настойчиво.
- Просто, действительно холодно… - начал оправдываться он.
Но Андрей неожиданно согласился.
- Поехали, а то ты совсем продрог, еще заболеешь.
Ехали молча, но это уже было не то тягостное молчание, а тишина, которая нужна была им обоим.
* * *
Квартира встретила тёплым светом бра, струящимся по комнате, широким диваном с «тысячей и одной подушкой», виски и кино «без смысла». В последствии никто из них не мог вспомнить, в чем была суть фильма. Конечно, это можно было списать на бездарного режиссера, а не на то, что каждый из них одновременно смотрел за другим, пытаясь предугадать действие соседа. Роман, обладающий более рассеянным вниманием, чем его друг, уже порядком уставший играть в «гляделки» решил пойти спать. День, точнее вечер выдался богатым на события, и это его порядком вымотало.
- Я пожалуй пойду, да, и поздно уже, ты можешь располагаться в гостевой спальне, там есть всё необходимое. Если что понадобится - моя спальня соседняя… - он поднялся с дивана и, сладко потянувшись, направился к себе. Андрей поднялся следом, на ходу выключая телевизор.
Роман обернулся только после того, как добрался до двери ведущей в свою спальню, он увидел, что Жданов последовал за ним и сейчас находится рядом, точнее, возле соседней двери, как тот правильно понял – гостевой спальни. Они смотрели друг другу в глаза, это длилось несколько мгновений. А потом что-то случилось, как вспышка (может это были – гром с молнией, которые в своё время вывели из равновесия Воропайчика). Дальше, Рома пришел в себя лишь спустя мгновение: он был прижат к стене. Андрей был рядом... такой желанный, и его глаза… в них можно было увидеть звёзды…
Жданов всматривался в глаза « друга», пытаясь там увидеть хоть намек на сопротивление. Видя, что Андрей медлит ,Роман, памятуя о событиях годичной давности, решил взять дело в свои руки. Обнял его, точнее одной рукой, коснулся затылка, притягивая мужчину ближе, другой обнял за талию. «Ну, теперь ты от меня никуда не денешься!» - усмехнулся про себя Малиновский. А Андрей никуда уходить и не собирался, как раз наоборот. Он потянулся к таким желанным губам…
* * *
- Стой, подожди! – дыхание то и дело сбивалось, слова были не нужны в этот момент. Рома понял: то, что они делают очень хорошо-о, но горькие воспоминания и обиды не дают ему окунутся в чувства, которые сейчас рождались в его душе, полностью. Андрей, будто не слыша, продолжал его ласкать, рубашка уже давно валялась под ногами. «Это надо прекратить! Или нет…» - уверенность начала его покидать, идея была мудрая, но не своевременная. « Рома, что же ты со мной делаешь!» - это была самая связная мысль, которая пришла в голову Жданову в тот момент, пока он пытался избавить Романа от остатков одежды. Понимая, что его не слышат, Роман уперся руками о плечи Андрея и оттолкнул его…
Оба тяжело дышали, губы горели, и всё внутри совершенно не желало, чтобы всё так закончилось. Мужчины стояли друг напротив друга, каждый упирался спиной о противоположную стену.
- Ты, ты этого не хочешь? – голос предательски дрогнул, он развернулся и на негнущихся ногах, на ходу застёгивая пуговицы на рубашке, поднял с пола пиджак. Но Андрею не дали уйти. Роман прижался к его спине грудью и обнял за плечи.
- Ты не так всё понял. Я хочу… Но не так… быстро…
Андрей остановился, и Роме стало ясно, что всё, что он говорит неправильно и глупо. Он развернул Жданова к себе лицом.
- Рома, что же ты со мной делаешь?! Ты даже не представляешь какую … - речь оборвалась. Андрей не хотел выглядеть слабым, но в нем что-то сломалось… Он тяжело вздохнул. Малиновский притянул его ближе и обнял.
« Наверное, Александр был прав, когда упомянул о наших «дружеских отношениях», как о большем, чем просто дружба. Я всегда чувствовал себя "зависимым" от него. Сколько лет я его знаю? Много. Но именно сейчас я начал понимать, как сильно он мне нужен. Очень!»
- Я хочу, что бы ты сегодня спал со мной, – взгляд Андрея был удивленным, Роман замялся.
- В смысле вместе, в кровати. И ничего больше!
- Идем, - тот усмехнулся и покачал головой.
Спальня встретила их безмолвием и полной темнотой. Споткнувшись не один раз, Роман не выдержал и хлопнул в ладоши. Комната тут же осветилась ярким светом.
- Чёрт, уж лучше тогда в темноте, – возмутился Жданов.
- Сейчас, - Роман включил светильник возле кровати. Снова прозвучал хлопок, и комната погрузилась в полумрак.
- Я в душ,– Андрей направился к двери, за которой, как он правильно понял, была ванная.
Спустя время они лежали рядом…
Андрей - на спине положив руку под голову, а Роман - на боку, уткнувшись носом в согнутый локоть, уже давно посапывал. Жданов повернулся, чтобы рассмотреть Романа. Длинные ресницы, чуть приоткрытые губы, морщинка, залегшая между бровями…
«Это какая-то зависимость, иначе, что я здесь делаю? Рядом лежит человек, которого я желаю, как никого в жизни, и что он сделал? Просто попросил остановится, подождать. Если бы он только знал, каких усилий мне это стоило. Сейчас, спит рядом, а ведь могло быть и по-другому: жаркая кожа под губами, поцелуи, сбившееся дыхание… Что-то я не о том думаю. Вот дурак теперь точно не усну, да и Ромку разбужу». Он сел на кровати: « Надо открыть окно, жарко».
- Ты куда? – очень сонный голос.
- Сейчас… - открыв пошире окна, Андрей вернулся обратно. Роман не преминул этим воспользоваться, подвинувшись под его бок.
- Я тебе не мешаю? – невинным голосом поинтересовался тот.
- Нет, – Андрей обнял Романа одной рукой, притягивая ближе. Мысли иссякли. Усталость брала своё. Так их и застали утренние лучи солнца, пробивающиеся через тонкую занавеску. Они были рядом в объятиях друг друга…
* * *
- Послушай, что мы здесь делаем?! – стоя перед входом в здание, где должен был состояться показ, вопрошал Роман Малиновский.
- Что значит «что»! Рома, я начинаю сомневаться в твоих умственных способностях. Я же тебе сто раз говорил об этом. Сегодня состоится показ, а потом совет директоров.
- Вот не надо! Не надо меня оскорблять! (чуть игриво) Я прекрасно знаю, что сегодня показ. Но я всё ещё не понимаю, что МЫ здесь делаем?
- МЫ АКЦИОНЕРЫ, и это - наша обязанность! – вещал Жданов, «прозвучала» сигнализация, ключи отправились в карман пиджака. Они стояли рядом. Андрей заботливо поправил воротник рубашки Малиновского.
- МЫ АКЦИОНЕРЫ, и наша обязанность быть на совете директоров, а не на вечеринке в честь показа! Там будет Кира и твои родители. Как ты собираешься меня им представить?
- Зачем представлять? Тебя и так все знают! – попытался пошутить Андрей.
- А … ну да, – голос Романа мгновенно изменился, стал тихим и потускнел. Жданов, понимая, что его шутка явно « не прошла», ухватил друга за руку, побуждая того остановится.
- Малиновский! Что на этот раз не так?!
- Всё так. Ты прав действительно не стоит афишировать наши отношения, – зеленые глаза потемнели.
- Что за глупости! Мы вместе! Да, я не собираюсь на каждом углу кричать, что мы спим. Но и скрывать я ничего не намерен!
- Ну, спасибо за одолжение! – Роман вырвал руку из хватки Андрея и пошел вперед. Охранник, стоящий у входа, отдал Малиновскому пропуск. Жданов смотрел вслед Роману, и только когда за ним закрылась дверь, он поспешил следом. Нагнал он «беглеца» только возле входа в зал для показов. Роман очень мило разговаривал (нет! Ну, с кем бы вы думали!?) с Кирой! Андрея затопило возмущение: « Мы, между прочим, ещё не закончили разговор, а он уже «любезничает» с ней! Две минуты назад на нем лица не было. А сейчас?! Сияет!»
- Кира! Здравствуй! Как дела? Ты, извини, мы ещё поговорим. Я украду у тебя Романа? Идем друг, нам надо поговорить! – не дожидаясь ответа Киры, он толкнул со всей силы «друга» в спину, направляя вперед. Кира проводила их недоумённым взглядом, проходя в зал следом.
- ЭЙ, полегче! – Роман поправил пиджак.
-Да, по тебе не скажешь, что ты смертельно обижен!
- Я? Ты бредишь! – заметив кого-то в толпе, а именно высокую стройную брюнетку, Роман махнул рукой в знак приветствия и стремительно отправился туда.
- О, Олечка привет! Давно не виделись! Обещала мне интервью и всё никак не выделишь время для моей скромной персоны, – взяв за руку «Олечку», повел её к одному из диванов, на ходу беря бокалы шампанского у официанта. Не обращая никакого внимания на начавшего постепенно закипать Андрея.
Махнув на всё рукой и предоставив Рому самому себе, Жданов, найдя глазами родителей, направился к ним.
- Андрюша, вот ты где! А мы уже начали беспокоится, что ты не приедешь, – встретила сына Маргарита Рудольфовна с улыбкой. Павел Олегович пожал ему руку.
- Родители, здравствуйте. Ну, как вам вечер? Не скучаете? Где Александр? Почему его нет? Показ вот-вот начнётся… - Андрей изобразил бурную деятельность, вертя головой в поисках Алекса. Ему было совестно: родители были в городе уже два дня, а он не удосужился даже им позвонить. Сам он был в Москве уже месяц, но события, которые произошли за столь короткий промежуток времени, совершенно выбили его из колеи. Объяснить прямо сейчас свою невнимательность тем, что он был очень занят Романом, точнее налаживанием отношений с этим зеленоглазым (монстром!), ему совершенно не хотелось. Видя по лицу Маргариты, что ему вопросов не избежать, Андрей начал паниковать. Спасение пришло оттуда, откуда не ждали…
Александр Воропаев, нынешний президент Зималетто, стоял с микрофоном на подиуме, превлекая всеобщее внимание.
- Добрый вечер! Рад приветствовать вас сегодня у нас на показе Зималетто. Новая коллекция, представленная нашим непревзойдённым дизайнером Милко, открывает новый… - Александр вел себя вполне уверенно и даже увлекся рассуждениями о моде.
- Показ сейчас начнется! – обрадовался Жданов-младший.
- Андрей, нам надо поговорить! – прозвучал рассерженный голос матери.
- После показа, мама, вам надо занять ваши места, – Андрей чувствовал близкое спасение и поспешил ретироваться в глубь зала в поисках своего «друга».
Роман вполне имел право обижаться на него, они были вместе уже месяц, а у Жданова до сих пор были проблемы с определением роли Малиновского в своей жизни. Да, они были друзьями, но друзья не вытворяют по ночам друг с другом «такое»!!! Любовники? Это слово Андрею не нравилось и живо напоминало Киру с её подозрениями по поводу его «многочисленных» связей на стороне. Возможно, она и была близка к истине, но это не значило, что нужно было так его доводить!
«Месяц - это не срок, чтобы назвать наши отношения постоянными, это даже не срок, для того чтобы назвать всё это «отношениями»!» Они жили порознь. Рома не сидел на месте, целыми днями пропадая на студии, записывая свои комментарии, монтируя пленку. Андрей тоже был занят: он собирался открывать своё дело, для этого ему были нужны деловые партнёры. Конечно, у него был стартовый капитал, но этого было явно недостаточно для «серьёзного предприятия». Знакомства, которыми Андрей обзавёлся в Лондоне, тоже играли немаловажную роль, но было много нюансов. Бизнес, связанный с телекоммуникациями, был для Жданова новым, еще не освоенным, но весьма привлекательным. Было много мыслей и идей по созданию целой корпорации. Независимое телевидение, радио, Интернет порталы и газеты. Рома имел в этом бизнесе связи и свел Андрея с парой нужных людей, которые заинтересовались проектом и обещали помочь…
- Ну и где этот Малиновский? Его нужно было заставить одеть, что-нибудь светящееся в темноте, как одежда рабочих укладывающих дорожное покрытие по ночам. (Хи-хи!)
Роман никуда не прятался, он стоял возле барной стойки и только что заказал «повторить» виски «неразбавленный», но выпить не успел, так как у самого рта стакан отобрали…
- Что-то ты рано решил напиться, – с укоризной произнес Андрей, ставя виски обратно на стойку.
- Отвали, это не твоё дело! – Малиновский снова потянулся за стаканом.
- Что значит «не моё»? Как ты собираешься разговаривать после показа с моими родителями в таком виде? – Андрей снова попробовал отобрать стакан с виски.
- Как, как?! Ртом! И вообще, зачем и о чём мне с ним разговаривать? Поздороваюсь и всё! – Роман, удерживая руку Андрея, залпом осушил стакан.
- Так, идём отсюда! – Жданов схватил друга под локоть и потянул за собой, проталкиваясь через толпу. Они преодолели зал, вышли в коридор, начали подниматься по лестнице.
- Куда ты меня тащишь? – попытался вырваться из «железной» хватки Андрея Малиновский.
- Наверх…
Это оказался балкон, он находился аккурат над залом для показов, из него открывался вид на «действо» на подиуме и на всю «толпу». Его не использовали, так как архитектурные излишества - это конечно хорошо, но в коммерческом плане смысловой нагрузки никакой.
Андрей пропустил Романа вперед, и сам последовал за ним.
- Что это значит?! – в голосе Жданова чувствовалась напряженность.
- То и значит, ты ведешь себя как псих! – возмутился Роман, поправляя пиджак.
-Я?! А ты! Что за сцены? Кружок «Прикладного выпендривания» на гастролях?!
- Так, я не хочу это слышать! Я ухожу! – Роман направился к выходу. Но Жданов схватил его за руку и притянул ближе. Затем обнял и поцеловал. От таких страстных объятий у Малиновского потемнело в глазах, воздуха катастрофически не хватало. Оторвавшись от таких желанных губ, Андрей посмотрел на Романа, затем наклонился к уху, обжигая его своим дыханием…
- Зачем ты это делаешь? – прошептал тот прямо Роману на ухо.
- Андрей, мы сегодня явно общаемся на разных языках, я совершенно не понимаю о чем ты, – Малиновский хотел уйти, ему не нравился этот разговор.
- По-моему, тебе доставляет особое удовольствие мучить меня, – напряжение начало отпускать Андрея, на его взгляд конфликт был исчерпан.
- А, по-моему, как раз наоборот. Отпусти меня, пора возвращаться в зал. Концерт окончен! Нас, наверно, уже потеряли. Идем, друг, – он со всей силы дернулся, вырываясь из рук Жданова. Сердце Романа обливалось кровью, от мысли, что никак по-другому этого человека он не мог назвать. Видя тоску в зелёных глазах, Андрей начал понимать, почему Малиновский так ведет себя. Роман отвернулся и направился к выходу.
- Ром, подожди! Постой! Я должен тебе что-то сказать, – Жданов ухватил Романа за левое запястье и только сейчас заметил, что тот до сих пор держит пустой стакан из-под виски. Видно не успел поставить его обратно. Он забрал ненужный сейчас предмет из рук и поставил его на перила.
- Что ты делаешь? - Роман недоуменно смотрел на Жданова.
- Увидишь! – сказал Андрей тихо, а потом громко произнес, превлекая внимание людей внизу:
- Дорогие друзья, у меня сегодня счастливый день, и я бы хотел, поделится своей радостью с вами! – «толпа» с недоумением смотрела на Андрея (в особенности, родители) Жданов глубоко вздохнул и продолжил. Роман, начиная понимать, что задумал его «друг», попытался высвободиться.
- Все вы знаете моего друга Романа Дмитриевича Малиновского, так вот мы теперь с ним не друзья (трагическая пауза). Журналисты, повключали микрофоны и камеры. Роман начал паниковать, понимая, что если сейчас он что-нибудь не сделает, произойдет непоправимое. Судьба была к нему явно благосклонна, так как Андрей, пытаясь сделать всё возможное, чтобы его хорошо было слышно, переклонился через перила и нечаянно толкнул стакан, стоящий на них. Видно, в прошлой жизни этот стакан был метательным снарядом, потому что он попал прямо по макушке стоящему под балконом Александру Воропаеву. Немая сцена в лучших традициях Зималетто. Александр падает без сознания, а Роман, воспользовавшись замешательством Андрея, оттаскивает того от перил, выдергивая из его пальцев свою руку, и стремительно «исчезает» на лестнице…
- Рома, подожди! – Андрей бросается за ним, но Малиновского уже и след простыл.
« Да, я импульсивный! Но не этого ли ты от меня хотел? Я ведь собирался всем рассказать о нас! Возможно, это было не совсем правильно, но тебя ведь всегда всё не устраивает!» - Андрей злился на Ромку, но еще больше его сейчас беспокоило то, что обо всём этом скажут родители. По головке его точно не погладят за такое! «Возможно, стоило вначале с ними поговорить? Время упущено, ещё и с Ромой придётся «объяснятся»!» Вернувшись обратно в зал, он попытался оценить размеры «ущерба» его репутации. Но, похоже, подумали, что он был пьян, и не обращали на него никакого внимания. Все столпились вокруг Александра, пока того приводили в чувство.
- Андрей! Потрудись объяснить, что это было?! – гневу Маргариты не было предела.
- Сын! Ты опять пьёшь?! – в голосе отца слышался металл.
- Мы обязательно поговорим после совета, а сейчас мне надо найти Романа, – Андрей поспешил уйти. Почти у выхода он столкнулся с Кирой, которая стояла под руку с каким-то мужчиной.
- Поздравляю, прекрасное шоу! – усмехнулась она, «отсалютовав» ему пустым бокалом.
* * *
Это ещё не конец!
ух ты!!!